Год: 2014

Почему, когда мы молимся, то просим у Бога помочь видеть свои грехи? Что такое грех и как с ним бороться? Рассказывает иеромонах Иов (Гумеров). Что такое грех? — Что такое грех? Ведь большая часть христианской жизни проходит в борьбе с грехом, понятие греха является одним из центральных. Какое можно дать ему определение? — Самое точное и емкое определение греха дано в Новом Завете: «грех есть беззаконие» (1Ин.3:4). Св. апостол Иоанн Богослов называет грехом всякое нарушение Божественного закона. Если мы не соблюдаем установленные Богом законы бытия, законы духовного мира, то этим повреждаем себе и другим. Также и пренебрежение законами физического мира, если они уже изучены и познаны, является грехом. Вспомните аварию на Чернобыльской атомной станции. Конечно, люди, допустившие грубое пренебрежение технологическими требованиями, основанными на законах физического мира, совершили грех, от которого пострадали десятки тысяч людей. Можем обратиться и к другим примерам: нарушая законы экологии мы вредим не только своему здоровью, но и здоровью других. Как видим, определение греха, данное в Священном Писании, универсально: не только отвержение данных Богом духовно-нравственных законов, но и природно-естественных, причиняет людям вред. — Почему законы, установленные для блага человека, не очевидны? А если очевидны, то почему он все равно постоянно хочет их нарушить? — Природа человека повредилась после грехопадения. На эту расположенность к греху много указаний в святой Библии. Господь сказал Каину: «у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним»...

Председатель Синодального информационного отдела Московского Патриархата Владимир Легойда рассказывает о том, зачем нужна исповедь: мы сами себя простить не можем — только обмануть. А также вы узнаете, как вас может окрикнуть бабушка на территории Даниловского монастыря, если вы идете с руками за спину, и как это может повлиять на вашу жизнь. Владимир Легойда — о том, зачем. История первая. Злые бабушки Много лет назад мои первые робкие шаги по территории Даниловского монастыря были сразу прерваны резким окриком проходившей мимо бабули: «Почему руки за спиной держите? Нельзя. Ходите тут, оскверняете…» Конечно, гораздо лучше было бы, если б она тихонько и с кроткой улыбкой сказала мне: «Сынок, в храме не принято стоять или ходить вот так…» Тогда во мне закипело «благородное негодование». Повод, конечно, понятен. Вот я, такой весь измучившийся и исстрадавшийся (а главное, весь такой умный, хороший и вообще молодец), решил наконец пойти в Церковь… И что в ответ? Вместо хлеба-соли и условных красных дорожек под ноги — холод непонимания, грубость и вообще, полное игнорирование моего благородного порыва! Кажется, я ничего не ответил тогда «злой бабушке», но весь кипел, быстро выходя из монастыря… «Нет, и в Церкви все не так!» Прошло некоторое время, и, когда душе стало совсем невмоготу, я буквально приполз в храм и пошел на исповедь. Тогда мне уже было все равно, кто что говорит и как на меня смотрит. Так хотелось глотнуть свежего воздуха, что даже какие-то...