Что обозначает термин пресуществление (преложение) Святых Даров?

Это Таинство – Таинство Евхаристии. Таинство от слова «тайна». И до конца эту величайшую тайну преложения хлеба, вина и воды в Тело и Кровь Христову мы не постигнем никогда. Это чудо Божье. Это спасительная тайна Божьего домостроительства и Промысла о человеке.

В православном богословии очень подробно вопросом соединения Божественного и материального в Таинстве Евхаристии занимался святитель Геннадий Схоларий, Патриарх Константинопольский. Он писал о том, что пресуществление представляет собой величайшее чудо, во время которого происходит моментальное преложение одной сущности в другую при сохранении свойств неизменными. И что при этом пресуществление происходит не физически, но таинственно. Т. е. нельзя говорить о физическом превращении атомов хлеба, скажем, в атомы мяса. Тогда, по меткому выражению профессора Московской духовной академии Алексея Ильича Осипова, мы будем причащаться невареного мяса. В то же время это нарушает догмат о бескровной жертве, так как мясо априори не может быть без крови.

Интересно о вопросе преложения Святых Даров писал преподобный Иоанн Дамаскин: «хлеб предложения и вино и вода чрез призывание и пришествие Святого Духа преестественно претворяются в Тело Христово и Кровь…» И еще один яркий образ дает святой Иоанн:  «Причастимся божественного угля… Угль пылающий видел Исаия; но угль – не простое дерево, а соединенное с огнем, так и хлеб общения не простой хлеб, но соединенный с Божеством».

Начиная с XIX столетия целый ряд русских ученых богословов выступал против смыкания православного понимания Таинства Евхаристии с католической догматикой, в которой вещество Таинства пресуществляется физически в Тело и Кровь Христовы. Среди таких ученых: А. Хомяков, Н. Д. Успенский, А. И. Осипов.

На уровне канонических уставных решений Православная Церковь руководствуется в этом вопросе документом под названием «Послание патриархов восточно-кафолической церкви о православной вере (1723 г.)».

Среди прочего в нем есть следующие строки: «Веруем, что в сем священнодействии присутствует Господь наш Иисус Христос не символически, не образно (τυπικός, εἰκονικός), не преизбытком благодати, как в прочих таинствах, не одним наитием, как это некоторые Отцы говорили о крещении, и не чрез проницание хлеба (κατ´ Ἐναρτισμόν – per impanationem), так, чтобы Божество Слова входило в предложенный для Евхаристии хлеб, существенно (ὑποστατικός), как последователи Лютера довольно неискусно и недостойно изъясняют; но истинно и действительно, так что по освящении хлеба и вина хлеб прелагается, пресуществляется, претворяется, преобразуется в самое истинное тело Господа, которое родилось в Вифлееме от Приснодевы, крестилось во Иордане, пострадало, погребено, воскресло, вознеслось, сидит одесную Бога Отца, имеет явиться на облаках небесных; а вино претворяется и пресуществляется в самую истинную кровь Господа, которая во время страдания Его на кресте излилась за жизнь мира. Еще веруем, что по освящении хлеба и вина остаются уже не самый хлеб и вино, но самое тело и кровь Господня под видом и образом хлеба и вина».

Обратим внимание, дорогие братья и сестры, на последние строки документа, которые вошли практически во все православные катехизисы: «Еще веруем, что по освящении хлеба и вина остаются уже не самый хлеб и вино, но самое тело и кровь Господня под видом и образом хлеба и вина». Вот это и есть православным каноническим пониманием Таинства Евхаристии, или пресуществления (преложения) Святых Даров.

Православие избежало католического материализма, в чьей догматике вещество становится физически Телом и Кровью Христовыми, и в то же время протестантского подхода, который довольного разносторонен, но главной своей идеей все равно постулирует, что в Евхаристии Христос не присутствует, а бескровная жертва всего лишь символ, образ, воспоминание об Искупительном подвиге Спасителя.

Православие как всегда легко и воздушно прошло по стезе золотой середины. Присутствует Господь в Евхаристии. Реально. Сущностно. Навсегда. А остальное нам неведомо. Остальное – это тайна…

Какое это прекрасное слово «тайна». Сколько воздуха в нем. Сколько бесконечных миров и загадок скрываются под ее покровом. И человечество сразу становится ребенком, который только начинает прекрасный, блаженный, радостный и бесконечный путь к своему Богу. К своему Отцу…

Иерей Андрей Чиженко
Православная Жизнь

Просмотрено (126) раз